Так я слышал. Однажды Благословенный находился в Баранаси, в роще Исипатана. И там Благословенный обратился к группе пятерых монахов:

 

"Есть, о монахи, две крайности, в которые пусть не вдается подвижник.

 

Одна – это склонность к чувственным удовольствиям по отношению к чувственным объектам: низкая, пошлая, обывательская, невежественная, не приносящая пользы. Другая – это склонность себя изнурять, тяжкая, невежественная, не приносящая пользы. Но ни к той, ни к другой крайности не клонится срединный путь, что до конца постигнут Татхагатой; видение дарующий, знание дарующий, к умиротворению, к постижению, к пробуждению, к Освобождению ведет.

 

Каков же, монахи, этот верный срединный путь, что до конца постигнут Татхагатой и, видение дарующий, знание дарующий, к умиротворению, к постижению, к пробуждению, к Освобождению ведет?

 

Это – благородный восьмеричный путь, а именно: правильное понимание, правильная решимость, правильная речь, правильные поступки, правильные средства к существованию, правильное усилие, правильная осознанность, правильное сосредоточение.

 

Это и есть, монахи, верный срединный путь, что до конца постигнут Татхагатой и, видение дарующий, знание дарующий, к умиротворению, к постижению, к пробуждению, к Освобождению ведет.

 

А в чем состоит благородная истина о страдании? [2]

и рождение страдание, и старость страдание, и смерть страдание,

и печаль, стенания, боль, уныние, отчаяние – страдание.

С нелюбимым связь – страдание, с любимым разлука – страдание,

и не получать то, чего хочется – страдание.

Короче говоря, пять присваиваемых совокупностей (упадана кхандха) – страдание.

 

А в чем состоит благородная истина о происхождении страдания?

Пристрастие (танха), которое вызывает дальнейшее становление (бхава), – сопровождаемое страстью и наслаждением, ищущее удовольствий то здесь, то там, – то есть пристрастие к чувственным удовольствиям, пристрастие к становлению, пристрастие к не-становлению.

 

А в чем состоит благородная истина о прекращении страдания?

Окончательное затухание и прекращение, отречение, отбрасывание, освобождение, и оставление именно этого пристрастия (танха).

 

А в чем состоит благородная истина о пути практики, ведущем к прекращению страданий?

Именно этот благородный восьмеричный путь: правильное понимание (диттхи), правильная решимость (санкаппа), правильная речь (вача), правильное действие (камманта), правильные средства к существованию (аджива), правильное усилие (ваяма), правильное памятование (сати), правильное сосредоточение (самадхи).

 

"Это благородная истина о страдании" – так, о монахи, мне неслыханных прежде вещей видение открылось, знание открылось, мудрость открылась, ведение открылось, ясность открылась.

 

"Эту благородную истину о страдании нужно понять" – так, о монахи, мне неслыханных прежде вещей видение открылось, знание открылось, мудрость открылась, ведение открылось, ясность открылась.

 

"Эта благородная истина о страдании мной понята" – так, о монахи, мне неслыханных прежде вещей видение открылось, знание открылось, мудрость открылась, ведение открылось, ясность открылась."

 

"Это благородная истина об источнике страдания" – так, о монахи, мне неслыханных прежде вещей видение открылось, знание открылось, мудрость открылась, ведение открылось, ясность открылась.

 

"Этот источник страдания нужно отбросить"– так, о монахи, мне неслыханных прежде вещей видение открылось, знание открылось, мудрость открылась, ведение открылось, ясность открылась.

 

"Этот источник страдания мной отброшен" – так, о монахи, мне неслыханных прежде вещей видение открылось, знание открылось, мудрость открылась, ведение открылось, ясность открылась.

 

"Это благородная истина о прекращении страдания" – так, о монахи, мне неслыханных прежде вещей видение открылось, знание открылось, мудрость открылась, ведение открылось, ясность открылась.

 

"Это прекращение страдания нужно непосредственно пережить" – так, о монахи, мне неслыханных прежде вещей видение открылось, знание открылось, мудрость открылась, ведение открылось, ясность открылась.

 

"Это прекращение страдания мной непосредственно пережито" – так, о монахи, мне неслыханных прежде вещей видение открылось, знание открылось, мудрость открылась, ведение открылось, ясность открылась.

 

"Это благородная истина о пути практики, ведущем к прекращению страдания" – так, о монахи, мне неслыханных прежде вещей видение открылось, знание открылось, мудрость открылась, ведение открылось, ясность открылась.

 

"Этот путь практики, ведущий к прекращению страдания, нужно пройти" – так, о монахи, мне неслыханных прежде вещей видение открылось, знание открылось, мудрость открылась, ведение открылось, ясность открылась.

 

"Этот путь практики, ведущий к прекращению страдания, мной пройден" – так, о монахи, мне неслыханных прежде вещей видение открылось, знание открылось, мудрость открылась, ведение открылось, ясность открылась.

 

И пока, монахи, не стало вполне чистым это мое знание и видение четырех благородных истин, как они есть, о трех оборотах, о двенадцати видах – до тех пор, монахи, не заявлял я, что прямо пробудился правильным пробуждением, непревзойденном во вселенной с ее богами, Марами и Брахмами, с отшельниками и брахманами, царями и простыми людьми.

 

Но как только стало вполне чистым это мое знание и видение четырех благородных истин, как они есть, о трех оборотах, о двенадцати видах – тогда заявил я, что прямо пробудился правильным пробуждением, непревзойденном во вселенной с ее богами, Марами и Брахмами, с отшельниками и брахманами, царями и простыми людьми.

 

И открылось мне знание и видение: "Безусловно мое освобождение, это – последнее рождение, нет становления больше".

 

Так сказал Благословенный. Пятеро монахов восхищенно восприняли сказанное им.

 

И от слушания этой проповеди достопочтенному Конданье незапыленное, незагрязненное видение Дхаммы открылось: "Все, что подвержено возникновению, подвержено прекращению".

 

Так запущено было Татхагатой Колесо Дхаммы.

 

И земные боги вслед возгласили: "Ныне в Баранаси, в роще Исипатана, запущено Татхагатой Колесо Благородной Дхаммы, которого не остановить ни отшельнику, ни брахману, ни богу, ни Маре, ни Брахме и никому во вселенной".

 

Услышав глас земных богов, четыре бога-царя вслед возгласили: "Ныне в Баранаси, в роще Исипатана, запущено Татхагатой Колесо Благородной Дхаммы, которого не остановить ни отшельнику, ни брахману, ни богу, ни Маре, ни Брахме и никому во вселенной".

 

Услышав глас четырёх богов-царей, боги обители Тридцати Трёх вслед возгласили: "Ныне в Баранаси, в роще Исипатана, запущено Татхагатой Колесо Благородной Дхаммы, которого не остановить ни отшельнику, ни брахману, ни богу, ни Маре, ни Брахме и никому во вселенной".

 

Услышав глас богов обители Тридцати Трёх, боги небес Ямы вслед возгласили: "Ныне в Баранаси, в роще Исипатана, запущено Татхагатой Колесо Благородной Дхаммы, которого не остановить ни отшельнику, ни брахману, ни богу, ни Маре, ни Брахме и никому во вселенной".

 

Услышав глас богов небес Ямы, "Блаженствующие" боги вслед возгласили: "Ныне в Баранаси, в роще Исипатана, запущено Татхагатой Колесо Благородной Дхаммы, которого не остановить ни отшельнику, ни брахману, ни богу, ни Маре, ни Брахме и никому во вселенной".

 

Услышав глас "Блаженствующих" (тусита) богов, "Радующиеся творению" боги вслед возгласили: "Ныне в Баранаси, в роще Исипатана, запущено Татхагатой Колесо Благородной Дхаммы, которого не остановить ни отшельнику, ни брахману, ни богу, ни Маре, ни Брахме и никому во вселенной".

 

Услышав глас "Радующихся творению" (нимманарати) богов, "Обладающие властью, данной другими" боги вслед возгласили: "Ныне в Баранаси, в роще Исипатана, запущено Татхагатой Колесо Благородной Дхаммы, которого не остановить ни отшельнику, ни брахману, ни богу, ни Маре, ни Брахме и никому во вселенной".

 

Услышав глас "Обладающих властью, данной другими" (паранимитта-васа-ватти) богов, боги сонма Брахмы вслед возгласили: "Ныне в Баранаси, в роще Исипатана, запущено Татхагатой Колесо Благородной Дхаммы, которого не остановить ни отшельнику, ни брахману, ни богу, ни Маре, ни Брахме и никому во вселенной".

 

Так в то мгновение, в ту пору, в тот час до сонма Брахмы глас вознесся.

 

И десятитысячная сфера миров задрожала, заколебалась и сотряслась.

 

И мир озарился беспредельным сиянием и светом, в котором поблекло великолепие богов.

 

И Благословенный возгласил клич: "Так ты действительно понял, Конданья? Так ты действительно понял?"

 

Так достопочтенный Конданья получил имя Конданья-понявший.

Сутра Запуска колеса Учения

   Дхамма-чакка-паваттана сутта  [1]

Комментарии

 

1. Данная сутра традиционно считается первой проповедью Будды, произнесённой им после достижения просветления. Будда произнёс эту проповедь перед пятью монахами, бывшими до этого его спутниками, ищущими путей достижения спасения через аскетическую практику. В этой сутре вводится ряд основных идеологем, образующих каркас буддийского учения - срединный путь, четыре благородные истины, арийский восьмеричный путь, «видение вещей как они есть в реальности», понятие о пяти группах привязанности. Учение о цепи взаимозависимого возникновения, игравшем значительную роль в раннем буддизме, в данной сутре явно не выражено, хотя некоторые его элементы имеются в наличии. Отметим ещё две черты данной сутры, характерные и для других сутр.

1) Наличие значительного числа повторов одних и тех же фраз с небольшими изменениями. Так как сутры не записывались, а заучивались наизусть, данный приём облегчал запоминание. Практика заучивания наизусть имела и определённое психотехническое значение, так как путём многочисленных повторов основные понятия буддизма становились элементами картины мира адепта буддийского учения, и в дальнейшем он воспринимал всё происходящее с ним через призму буддийских понятий.

2) Знание, обретённое Буддой, описывалось как «видение» истины, в тексте это описывается словами cakkhu, aaloko, dassana, так или иначе связанными со зрением и видением. Соответственно и гносеологический идеал буддизма - «видение вещей как они есть (в реальности)» - yathabhuta. Такой подход в целом лежит в русле индийской традиции, в которой истину полагается видеть, а не постигать путём умозрительных заключений. Логико-философские построения применялись в Индии не для поиска истины, а для того, чтобы сделать её общепонятной, для объяснения её другим.

 

2. Палийский термин dukkha (санскр. duhkha) традиционно переводится как «страдание», хотя практически все специалисты отмечают неудовлетворительность такого перевода. В. И. Рудой истолковывает этот термин как «претерпевание». Dukkha - базовая характеристика человеческого существования, замкнутого на индивидуальную эгоцентрическую установку. Эгоцентрическая установка порождает жажду (tanha) испытывать чувственный опыт, влечение к приятному и стремление избежать неприятного. Но тотальное воздействие причинно-следственных связей, ускользающее из поля зрения индивида, обусловливает всеобщую зависимость и, соответственно, непостоянство индивидуальных состояний. Деятельность субъекта по достижению счастья (sukha) развёртывается в сфере причинно-следственных связей, недоступных во всей полноте эгоцентрированному сознанию. Соответственно и активность индивида в данном случае является чисто номинальной, и на самом деле выступает как состояние претерпевания. Такое существование является плодом незнания и, соответственно этому, способность видеть причинно-следственные связи во всей полноте (т.е. видеть реальность «как она есть») приравнивается к реализации конечной цели буддийского учения. (Подробнее об этом см.: В. И. Рудой. Введение в буддийскую философию. // Васубандху. Абхидхармакоша. Раздел 1. Пер. и комм. В. И. Рудого. М., 1990, с.8-43)

 

Источник комментариев: http://www.kunpendelek.ru/library/buddhism/sutra/sutra1/1745/

 

 

 

             

Источник перевода: http://dhamma.ru